Это не стихи
Ожиданье дождя Водитель Осеннее Напоминание На остановке Игра Быт Прогулка Конец дня
Ожиданье дождя
В тот момент, когда
Собирается пойти дождь,
Когда небо нахмурилось,
И всё вокруг затихло,
Замерло,
Особенно заметно, как этот мир
Хрупок.
Чуть тронешь – рассыплется,
Брызнет разноцветными осколками тебе в лицо.
В такие моменты
Хочется плакать
По этой недолговечной и обманчивой тишине.
Это самое уютное и тревожное время,
В котором так хочется пребывать как можно дольше.
И то,
Что скоро оно закончится,
Всё оживёт, зашумит,
Придёт в движение,
Только прибавляет очарования
Щемящему предчувствию
Дождя.
Наверх
Водитель
Водитель автобуса,
сидит
в своём застеколье
и не знает, что происходит
в салоне.
Люди там ругаются, целуются,
спорят, обсуждают футбол, разговаривают по телефону,
пьют пиво, рассказывают анекдоты, смеются,
Пристально глядят друг другу в глаза.
Кто-то мычит себе под нос неуловимо-знакомую мелодию.
Несколько человек дремлят.
А одна девушка отчего-то плачет.
А водителю это невдомёк.
Ему важно, чтобы автобус не попал в аварию
и чтобы график движения соблюдался.
Он везёт пассажиров,
но ему
нет
до них
никакого дела.
Наверное, так и должно быть?
Наверх
Осеннее
Осенью мир становится чётче.
Пронзительное сентябрьское небо,
Прозрачный воздух,
Яркие успокаивающе-тревожные краски.
Ни одной лишней мысли в голове.
Только непонятная тоска
И ожидание –
То ли чуда рождения,
То ли чуда смерти.
Неумолимое приближение
Холодов
Создаёт ощущение, что
Каждый солнечный день –
Последний.
И завтра
Начнётся другая история.
Наверх
Напоминание
Не забудь
Перевести стрелки часов,
Сообщить машинисту о бесхозных вещах,
Уступить место пассажиру с детьми,
Перейти улицу на зелёный свет,
При знакомстве сказать «очень приятно»,
Выходя из квартиры, обесточить электроприборы.
Соблюдай спокойствие,
Будь бдителен и сознателен.
И, быть может, тогда
Твоя жизнь
Не пройдёт зря.
Наверх
На остановке
На закате,
Когда небо окрасилось
В алый цвет,
Ты стоял на остановке автобуса
Номер 702.
Было холодно.
А автобуса всё не было и не было.
Ты стоял и рассматривал
Небо,
Проезжающие машины,
Мёрзнущих и разговаривающих по мобильникам людей,
Трубы какого-то завода,
Витрины ларьков,
Объявления, расклеенные на остановке.
Вот –
Зажглась первая звезда.
А автобуса
Всё нет и нет.
Ты прикрыл на мгновение глаза.
Всё исчезло.
Остались только звуки
И звезда, там, на северном краю неба.
Сегодня был очень длинный день.
Утром ты видел,
Как всходило солнце.
Теперь оно скрылось.
Приходят звёзды.
Ты улыбнулся, сам не понимая
Чему.
И открыл глаза.
Вот и автобус.
Наверх
Игра
Сыграю-ка я в просветленье.
Пусть явятся ко мне
Орёл, телец и лев,
И всадник на белом коне
С ещё нетронутым листом.
Сыграю-ка я в просветленье.
Пойму всё и осознаю.
Всю тщету и величие жизни,
Всю грязь и величие
Ежедневной рутины.
Сыграю-ка я в просветленье.
Выскажусь так, что не покажется мало
Ни нищему, ни королю.
Расскажу, как устроен мир,
Не в лоб, а, эдак, намёками.
Сыграю-ка я в просветленье.
Глубокомысленно улыбнусь.
И, допив пиво, упаду на кровать –
Сегодня был суетный день.
И я, сказать честно, устал.
Наверх
Быт
Есть у меня ковёр. Люблю я на нём лежать.
С боку на бок переворачиваться.
В потолок глядеть.
Или в окно - там только небо видать.
А на потолке обои наклеены, что характерно.
А на небе обоев нет.
Зато там есть облака.
А ещё в квартире есть единственное кресло.
Причудливой конструкции, но удобное.
В нём хорошо сидеть и читать книжку.
Скажем, Джека Лондона.
Или "Евгения Онегина".
Или Апулея.
Или Фишера того же.
Или "Фуста" Гёте, но обязательно в переводе Пастернака.
В зависимости от настроения.
Апулея надо читать вслух, так интереснее выходит.
А ещё тут есть пианина.
Но я на ней играть почти не умею.
Хотя временами в клавиши всё-таки тыкаю.
Звуки получаются.
И ещё много всяких преметов в квартире есть.
С ними можно разные вещи делать.
Удивительная штука - жизнь.
Наверх
Прогулка
В городском парке
Сегодня на редкость безлюдно.
Под ногами шуршат листья,
Напоминая, что – осень.
Ты идёшь не спеша,
Слушая этот шелест
И думаешь –
То ли о любви,
То ли о бессмыслице жизни,
То ли о том, что приготовить на ужин.
Поднимаешь взгляд
В высокое осеннее небо.
Оно всё тоже –
Каждый раз новое,
Родное и непонятное.
Ты глядишь на него –
Сквозь пожелтевшую листву –
И, кажется,
Уже ни о чём не думаешь.
Только чувствуешь,
Как дышишь –
Вдох – выдох.
Вдох – выдох.
Вдох – выдох.
Наверх
Конец дня
От этого дня
Ни останется ничего,
Кроме нескольких строк,
Кроме лёгкого чувства вины
Неизвестно за что.
Этот день –
Близнец ещё тысяче дней.
Я прошёл сквозь него, не оставив следа,
Не признавшись в любви,
Никого не убив,
Не сказав лишнего слова,
Не сделав лишнего жеста.
А через год, через век я вспомню –
Солнце и ветер.
И тягучую неспешность
Этого совершенного
В своей невнятности
Дня.
Наверх
А
здесь можно оставить свои впечатления
о произведении
«Алексей Корнеев: Это не стихи»:
Warning: mysql_num_rows(): supplied argument is not a valid MySQL result resource in /home/users2/l/lito/domains/lito.jino.ru/sbornik.php on line 114
Комментариев нет
|
Алексей Корнеев: Это не стихи.
Если в заголовке сборника
подразумевался завуалированный вопрос читателю,
то я –
простодушнейший из читателей –
спешу ответить:
«Это - стихи.
Стихи!!!»
Самый сложный,
или один из самых сложных жанров в поэзии,
это - "песня акына" –
"что вижу, то и пою".
Сложный,
потому что он мгновенно обнажает позерство,
кокетство,
склонность к резонерству,
неумение разговаривать на родном языке,
неспособность донести до читателя главное,
отсеяв второстепенное,
невозможность придать фрагментарному
космический масштаб.
Почему-то,
многие считают, что задача поэзии
говорить о возвышенном,
причем
говорить на птичьем,
поверхностно заимствованном из школьных хрестоматий
языке.
Противоположная крайность –
подробно описывать кучку фекалий
на том основании,
что –
якобы –
это и есть подлинная жизнь.
И только отважные
и беспечные в своей искренности городские акыны,
растворяясь в окружающем,
пропуская через себя все «шёпоты и крики»
останавливают свой взгляд на автобусе,
ларьке, обоях, «пианине»
(не опускаясь при этом до разглядывания содержимого унитаза),
на любом обыденном предмете…
и извлекают из этой банальной картинки
возвышающее переживание
и просветляющую мысль.
И если кому-то кажется,
что писать подобным способом
до такой степени легко,
что
«и я так могу!»,
то достаточно попробовать,
что бы убедиться:
эта сбивающая с толку простота речи, мысли и переживания
результат особого мастерства
и особого,
не всем присущего взгляда на мир,
основанного на мудрой созерцательности,
а не на агрессивном позиционировании себя любимого
в нем убогом.
…единственная моя претензия к этому сборнику,
единственная кровная обида,
саднящая и обжигающая,
это то,
что стихотворение «Конец дня»,
которое я предчувствовал,
взращивал
и прошёптывал внутри себя уже многие годы
оказалось в итоге написанным не мной,
а Алексеем Корнеевым.
Я знал, что справедливости нет,
но что бы вот так,
под дых…
Редактор отдела поэзии, Георгий Бартош
|
Код для вставки анонса в Ваш блог
|